История нефти

[ZHAN]

Родился в старообрядческой семье в уездном городе Солигаличе Костромской губернии. Его отец со своими тремя братьями владел несколькими соляными скважинами и небольшой солеварней. Василий продолжил семейное дело: занялся бурением скважин, добычей соляного раствора и производством поваренной соли. В 1835 году, после смерти отца, возглавил семейное предприятие.


Однако скоро солеварение в Солигаличе стало приходить в упадок, заводы разорялись. Позднее Василий Александрович Кокорев вспоминал: «…С прекращением в Солигаличе завододействия я был вытеснен из рамки уездной жизни в Петербург для приискания себе откупных занятий…» Дела его пошли в гору, так что в 1851 году он был удостоен звания коммерции советника.

В нефтяное дело Василий Кокорев вошел в 1857 году в качестве главного учредителя «Закаспийского торгового товарищества». Предприятие купило 12 десятин земли в Сураханах, вблизи Баку, где был построен завод по сухой перегонке битуминозного материала кира и получению из него осветительного материала – фотогена.

Заводчики опробовали две технологии перегонки, но не смогли добиться рентабельности, да и качество осветительного материала оставляло желать лучшего. Нужен был специалист. Тогда Василий Кокорев пригласил в Сураханы приват-доцента химии Петербургского университета Дмитрия Менделеева.

К тому времени Менделеев уже опубликовал курс «Органическая химия» (1861), удостоенный престижной Демидовской премии. Благодаря его работе в конструкцию перегонных кубов были внесены существенные изменения. Кроме того, были внедрены проточные холодильники и новая технология очистки полученного осветительного продукта.

В 1865 году результаты этой работы оценили на Всероссийской мануфактурной выставке в Москве: продукция «Закаспийского торгового товарищества» получила Большую серебряную медаль.

В январе 1874 года вместе со своим деловым партнером Петром Губониным Кокорев создал первую в мире акционерную вертикально интегрированную нефтяную компанию «Бакинское нефтяное общество», занимавшуюся добычей нефти, производством нефтепродуктов, а также их транспортировкой, хранением и реализацией. Уже через три года компания стала лидером российской нефтяной отрасли.

Василий Кокорев прославился не только успехами в нефтяном бизнесе, но и благотворительностью. В 1882 году на его средства на Апшеронском полуострове в селении Балаханы была открыта первая школа для детей рабочих и служащих местных нефтяных промыслов. В Москве на его личные средства была открыта женская гимназия для дочерей погибших болгарских ополченцев. Щедрые пожертвования Василий Кокорев вносил в бюджет старообрядческих церквей в Санкт-Петербурге, Москве и Солигаличе.

Он первым из российских промышленников обратил внимание на популяризацию и развитие народных промыслов. В Москве, в Большом Трёх-святительском переулке, он устроил музей изделий народных мастеров с вывеской «Хранилище народного рукоделия». Погодинская изба вблизи Девичьего поля у Новодевичьего монастыря в Москве, где хранилось уникальное собрание древних рукописей и документов, также была построена на средства Василия Кокорева.

В 1858 году, за двадцать лет до Третьяковской галереи, в специально отстроенном для этого здании была открыта первая в Москве публичная художественная Кокоревская галерея, имевшая в то время самую крупную коллекцию русской живописи – более пятисот полотен. В 1884 году на берегу озера Валдай для русских художников Василий Кокорев основал первый в России дом творчества – Владимиро-Мариинский приют, полагая, что природа Тверского края должна больше вдохновлять отечественных живописцев, «чем развалины Помпеи». Признанием заслуг Василия Кокорева перед русским изобразительным искусством стало избрание его в начале 1889 года почетным членом Академии художеств.

Его библиотека насчитывала более 4 тысяч томов, которые он пожертвовал впоследствии Московской публичной библиотеке.

В 1862 году на личные средства Кокорева в Москве был разбит широкий бульвар, который тянулся от Лубочного переулка до Болотной площади. Это был один из немногих общественных столичных скверов, построенных на частные средства. Бульвар, засаженный липами и вязами и ставший любимым местом прогулок москвичей, назывался Кокоревским вплоть до его ликвидации в 1930-х годах.

На его средства в Костромской губернии, в Солигаличе, для простого народа была построена одна из первых водолечебниц на Русском Севере.

Кокорев принимал участие в создании Волго-Донской железной дороги (1858); Товарищества Московско-Курской железной дороги (1871); Общества Уральской железной дороги (1874).

Он содействовал учреждению Русского общества пароходства и торговли (1856) и Волжско-Каспийского пароходства «Кавказ и Меркурий» (1859). По заказу Кокорева в 1859 году началось сооружение нефтеналивных барж длиной 55 метров.

После прекращения винных откупов в 1863 году понёс крупные убытки, остался должен казне 5,6 миллиона рублей, из которых около 4 миллионов выплатил уже к 1866 году, передав в зачет долгов построенный в Москве в 1862–1865 годах гостинично-складской комплекс на Софийской набережной («Кокоревское подворье»). Комплекс, в который было вложено 2,5 миллиона рублей, был новшеством не только для Москвы, но и для Европы, поскольку предвосхитил появление «гранд-отелей».

Кокорев сыграл большую роль в развитии общественного транспорта Москвы – был главным инициатором проведения конки – конно-железной дороги, связавшей центр через Мясницкую с тремя вокзалами на Каланчёвской площади. Он был товарищем (помощником) Московского городского головы (1858–1859), гласным Московской городской думы (1866–1869).

Умер В. А. Кокорев 23 апреля 1889 года от сердечного приступа.

[ZHAN]

Родился в семье крепостных крестьян помещика Дмитрия Бибикова, проживавших в деревне Борисовка Коломенского уезда Московской губернии. После смерти отца унаследовал небольшую каменоломню под Москвой, затем успешно развил производство, став подрядчиком для поставки каменных плит для облицовки набережных в столице. В 1858 году за большие деньги получил от помещика вольную и записался в московские купцы 3-й гильдии.


С конца 1860-х годов, в период подъема железнодорожного строительства, Пётр Ионович Губонин стал одним из учредителей целого ряда акционерных обществ, построивших Московско-Курскую, Орловско-Витебскую, Грязе-Царицынскую, Лозово-Севастопольскую, Уральскую горнозаводскую железные дороги. За заслуги в развитии железнодорожного строительства в 1868 году был удостоен звания потомственного почетного гражданина. На следующий год сделал первую попытку войти в нефтяное дело, поучаствовав в создании товарищества «Н. А. Саханский и K°». Начав добычу нефти на Керченском полуострове, фирма построила в районе Керчи завод для перегонки нефти и производства смазочных масел.

Вместе с Василием Кокоревым Пётр Губонин основал «Бакинское нефтяное общество». А в 1882 году приобрел полный пакет паев «Товарищества Русско-Американского нефтяного производства», основным производственным активом был Кусковский нефтеперегонный завод. Довольно скоро это предприятие заняло достойное место в российской нефтяной отрасли. Ещё одним успешным нефтяным проектом Петра Губонина стало создание в 1883 году «Русского товарищества «Нефть» для добычи, перевозки, хранения и торговли продуктами нефти» с уставным капиталом в 2 миллиона рублей. На 1 января 1894 года товарищество было крупнейшей компанией в области транспортировки нефти и нефтепродуктов.

Купил в Крыму известное имение Гурзуф, завёл там обширное виноделие и стремился сделать из него европейский курорт.

Он много делал для благотворительности. В течение многих лет он был казначеем 1-го Арбатского отделения Попечительства о бедных в Москве, был щедрым жертвователем Общества попечения о раненых и больных воинах. Только в 1869 году он передал 25 тысяч рублей на содержание Николаевского дома призрения вдов и сирот московского купечества. Также Губонин был почетным членом и жертвователем Петербургского совета детских приютов и Покровской общины сестёр милосердия. Внес значительные средства на сооружение храма Христа Спасителя в Москве, возле которого также полностью на его деньги была построена набережная. Оказывал финансовую помощь в реконструкции Петропавловского собора в Санкт-Петербурге, восстановлении храма Святого Владимира в Херсонесе, создании церкви при Комиссаровском техническом училище в Москве. Полностью профинансировал строительство в Москве церкви Параскевы Пятницы, а в Гурзуфе – храма Успения Пресвятой Богородицы.

В 1870 году Пётр Губонин был избран непременным членом Императорского общества любителей естествознания, антропологии и этнографии, оказывал большую помощь в проведении научных исследований и финансировании экспедиций учёных в различные регионы страны. Был в числе активных организаторов Политехнической выставки в Москве (1872), руководя её железнодорожным отделом, за что указом императора Александра II был удостоен чина статского советника и возведен в личное дворянство. Жертвовал средства на строительство Политехнического музея в Москве и технического отдела Музея прикладных знаний. Был одним из основателей Комиссаровского технического училища в Москве. Также полностью на его средства была построена ремесленная школа в городке Борисоглебске Тамбовской губернии. Как почетный член педагогического совета Императорского Московского технического училища оказывал регулярную денежную поддержку неимущим студентам. В 1885 году указом императора Александра III Петру Губонину был присвоен чин тайного советника.

Состояние Губонина оценивалось примерно в 20 миллионов рублей. Скончался он 30 сентября 1894 года в Москве, похоронен согласно его завещанию в Гурзуфе.

[ZHAN]

Эдвин Дрейк родился 29 марта 1819 года в городке Гринвилл (штат Нью-Йорк). Ранние годы он провел на семейных фермах в штатах Нью-Йорк и Вермонт. Покинув дом в возрасте 19 лет, он начал работать на железной дороге вначале офисным клерком, а затем агентом по продаже билетов и кондуктором. Летом 1857 года он заболел и был вынужден покинуть работу, но сохранил привилегии железнодорожного служащего, в том числе право бесплатного проезда по железной дороге.


В то время одной из первых нефтяных компаний была «Сенека Ойл», основанная Д. Бисселом и Дж. Ивлетом. Они создали компанию, когда стало известно, что нефть из фонтана в Тайтусвилле в штате Пенсильвания может быть пригодна для освещения в керосиновых лампах вместо китового жира. Именно в этот момент Дрейк купил несколько акций компании, а потом основатели, узнав, что Дрейк имеет право бесплатно ездить железнодорожным транспортом, предложили ему работу геологоразведчика.

Дрейк решил искать нефть не на поверхности, а воспользоваться опытом соледобытчиков, которые бурили скважины. Но поскольку первые попытки Дрейка обнаружить нефть были безрезультатными, то компания уволила его и отказалась финансировать его проект. Дрейку пришлось обратиться за средствами на продолжение поиска нефти к друзьям. 27 августа 1859 года на глубине 21 м бур достиг нефти. Её начали выкачивать помпой. Скважина Дрейка в городе Тайтусвилл теперь является музеем.

Дрейк создал собственную нефтяную компанию. Изначально он добывал 25 баррелей нефти в день. Но он забыл запатентовать свой метод бурения, а к 1863 году потерял все деньги на биржевых спекуляциях, оказавшись совершенно разоренным.

В 1872 году штат Пенсильвания учредил ему специальную пенсию 1500 долларов в год за заслуги перед нефтяной индустрией. Он умер 9 ноября 1880 года в пенсильванском городе Бетлехеме.

Рядом с Тайтусвиллем построен мемориал в его честь.

Приоритет Дрейка в отношении промышленной добычи нефти из скважин никогда не был общепризнанным. Регулярно появлялись и продолжают появляться сведения о скважинах в Биби-Эйбате (Российская империя, 1848), в Польше (1854), в Германии (1857), в Канаде (1858). Даже в США приоритет Дрейка оспаривает скважина инженера Уильямса в Энискиллене. Но даже если признать за этими скважинами приоритет по времени бурения, то именно метод, использованный Эдвином Дрейком, получил наиболее широкое распространение и стал основой всей последующей разработки залежей углеводородов.

[ZHAN]

Родился 8 марта 1822 года в городе Задушники, в семье польских армян. Тогда это была территория Австро-Венгерской империи. Его отец Юзеф Лукасевич был обедневшим шляхтичем герба Лада армянского происхождения и в своё время воевал в рядах армии Тадеуша Костюшко. Семья получала доходы от владения деревнями Задушники, Захвейюв и Чайкова, но этих доходов было мало, чтобы прокормить семью с пятью детьми.


В 1832 году из-за финансовых сложностей семья переехала в Жешув, где мальчик отучился 4 года в гимназии, но потом после смерти отца пришлось начать работать. С 1836 по 1840 год юноша работал в аптеке, а в свободное время посещал подпольные собрания армянской общины в рамках различных политических организаций, поддерживающих идею восстановления независимости Польши.

В 1840 году он сдал экзамен на получение места помощника фармацевта и вернулся в Жешув, где устроился на работу в аптеку, но продолжал активно заниматься политикой.

19 февраля 1846 года Лукасевич был обвинен австрийскими властями в хранении и распространении агитационной литературы и заключен в тюрьму во Львове. 27 декабря 1847 года был освобожден из тюрьмы за с отсутствием доказательств. Однако Решением Львовского уголовного суда он был поставлен под постоянный надзор полиции и обязан был постоянно проживать во Львове. Тогда вся семья переехала во Львов.

С 1846 по 1852 годы Игнаций Лукасевич работал в аптеке богатого львовского торговца Петра Миколаша (Микаэляна). Благодаря его покровительству Игнаций получил разрешение покидать Львов и поступил в Краковский Ягеллонский университет, а последний семестр доучивался в Венском университете, где получил диплом магистра фармации в 1852 году.

После этого он вернулся во Львов в ту же аптеку. По просьбе Миколаша в лаборатории аптеки Лукасевич с ассистентом Яном Зехом проводил опыты по дистилляции нефти с целью получения новых лекарств. На рубеже 1852 и 1853 годов они получили желтоватую маслянистую жидкость, дававшую при горении яркий и ровный свет. Это был керосин. Считается, что впервые его получил в 1846 году канадский врач Абрахам Геснер перегонкой каменного угля.

В поисках практического применения Лукасевич и Зех попытались использовать его для освещения комнат; однако обычные масляные лампы для керосина не подходили, так как могли взорваться. Они подключили к работе львовского жестянщика Адама Братковского и сконструировали и изготовили опытный экземпляр первой в мире керосиновой лампы с жестяным корпусом, цилиндрической верхней частью, снабжённой окошком из слюды, подводом воздуха снизу и пористым фитилём, нижний конец которого был погружён в толстостенный резервуар с керосином.

С марта витрину аптеки Петра Миколяша освещала выставленная в ней лампа. А 31 июля 1853 года хирург Заорский успешно провёл во львовской больнице в ночное время экстренную операцию по удалению аппендикса, которая спасла жизнь пациенту. Эта дата считается в Польше днём рождения отечественной нефтяной и газовой промышленности.

В 1854 году Лукасевич перенес производство керосина поближе к нефтеносному району около Горлицы, и там же, в Горлице, на пересечении улиц Венгерской и Костюшко был зажжён первый в мире керосиновый уличный фонарь. Договорившись о сотрудничестве с местными предпринимателями, Лукасевич пробурил первую в Европе нефтяную скважину. Из неё началась промышленная добыча нефти.

Игнаций Лукасевич основал также первый нефтеперерабатывающий завод в Австрийской империи; по одним сведениям, он сделал это в местечке Уляшовице под Ясло в 1856 году, по другим – в селе Кленчаны под Новы-Сончем в 1857 году. На заводе из нефти производили не только керосин, но также асфальт и различные смазочные масла.

В 1861 году в деревне Полянка он построил новый нефтеперерабатывающий завод. Бизнес шел в гору, Лукасевич становится обладателем приличного состояния и значительную его часть тратит на благотворительность: на его средства строятся дороги и мосты, больницы и школы, немалые средства выделяются на борьбу с бедностью и алкоголизмом; при этом меценат бесплатно раздавал осветительный керосин католическим и православным общинам. Лукасевич оказывал также щедрую финансовую поддержку участникам Польского восстания 1863–1864 годов, закончившегося поражением сторонников независимости Польши.

В 1865 году Игнаций Лукасевич приобрёл в окрестностях Кросно несколько поместий. В одно из них – Хоркувку – он переселился сам, построив здесь очередной нефтеперерабатывающий завод, оснащённый по последнему слову техники. В последующие годы он открывал новые нефтяные скважины, строил заводы и популяризировал керосин как новый вид топлива. Поляки считают, что все дороги Малопольского воеводства вымощены его брусчаткой.

В 1866 году для работников нефтяной скважины в Бубрке Лукасевич ввел систему обязательного страхования на случай болезни, несчастного случая, пожара.

В 1873 году папа Пий IX даровал Лукасевичу за его благотворительную деятельность титул папского камергера и наградил Орденом Святого Григория Великого.

В 1876 году Игнасий Лукасевич был избран депутатом Галицкого краевого сейма.

В 1877 году он организовал и провёл во Львове первый в мире Нефтяной конгресс, в котором участвовали ведущие учёные и нефтепромышленники Европы.

Лукасевич постепенно превращался в крупного независимого и состоятельного нефтепромышленника, стал президентом Национального общества вспомоществования развитию нефтяной промышленности. С 1876 года он активно работал в национальном парламенте, в комитетах культуры, горнорудной промышленности и недвижимости и способствовал прохождению через парламент Национального нефтяного закона 1884 года. Лукасевич внес огромный вклад в становление польской нефтяной промышленности.

В 1881 году он предложил использование водяных буров, однако не успел проверить их на практике. В 1882 году Игнаций тяжело заболел пневмонией и умер 7 января. На похоронах фармацевта присутствовало более 4 тысяч человек.

В 1961 году был основан Музей нефтяной и газовой промышленности имени Игнация Лукасевича в Бубрке.

Постановлением Совета Министров Польши от 19 сентября 1974 года имя Игнация Лукасевича было с 1 октября 1974 года присвоено Жешувской Политехнике.

В феврале 2012 года был основан фонд Институт Игнация Лукасевича – некоммерческая организация, ставящая своей целью научно-просветительскую деятельность (включая прежде всего распространение знаний о деятельности и научном наследии Игнация Лукасевича), поддержку развитию предпринимательства, содействие экономическому образованию и мерам по защите прав семьи, по улучшению условий труда.

[ZHAN]

Джон был вторым ребенком в семье из шести детей Уильяма Эйвери Рокфеллера (1810–1906) и Элайзы Дейвисон (1813–1889). Его отец, бывший старьевщик, а потом странствующий торговец, имел репутацию человека, погрязшего в тёмных делах. А Элайза, домохозяйка и ярая баптистка, старалась сохранить подобие домашней стабильности, покуда её муж подолгу прохлаждался на стороне.


Мальчик, несмотря на частые отцовские отлучки и бесконечные переезды, рос воспитанным, серьёзным и усердным. После учебы на бухгалтерских курсах Коммерческого колледжа в 16 лет уже работал помощником бухгалтера в небольшой продуктовой фирме «Хюитт энд Таттл». Из зарплаты в 50 долларов 6 % он пожертвовал на благотворительность. К двадцати годам пожертвования составляли уже 10 % заработка, которые перечислялись баптистской церкви.

В 1859 году Рокфеллер занялся бизнесом по продаже продуктов питания и со своим партнером Морисом Б. Кларком заработал 4000 долларов. В 1863 году партнеры построили в растущем промышленном районе Кливленда нефтеперерабатывающий завод. Нефтяная промышленность только зарождалась, как раз в это время появились керосиновые лампы, и керосин начал заменять китовый жир.

Во время Гражданской войны Джон Рокфеллер откупился от службы в армии, как и многие богатые северяне. В феврале 1865 года он основал компанию «Рокфеллер энд Эндрюс».

В 1866 году его брат Уильям построил новый нефтеперерабатывающий завод в Кливленде и взял Джона себе в партнеры. В следующем году партнером стал Генри Флэджлер и была создана фирма «Рокфеллер, Эндрюс энд Флэджлер». К 1868 году эта компания владела двумя заводами в Кливленде и сбытовой дочерней фирмой в Нью-Йорке, при этом она была самой крупной в мире нефтеперерабатывающей компанией.

В июне 1870 года Рокфеллер создл «Стандард ойл оф Огайо», вскоре ставшую самой прибыльной нефтеперерабатывающей компанией штата. Постепенно «Стандард ойл» разрослась, превратившись в крупнейшего в стране перевозчика нефти и керосина.

К 1872 году Рокфеллер скупил активы 22 из 26 своих конкурентов и, по тайному соглашению 1874 года, поглотил конкурирующие фирмы Пратта и Роджерса. К концу 1870-х годов «Стандард ойл» перерабатывала уже более 90 % всей нефти в США, а сам Джон Рокфеллер стал миллионером.

Он разработал свыше 300 продуктов нефтехимии. Компания была известна как производитель высококачественных продуктов, продававшихся по разумным ценам.

Постепенно «Стандард ойл» установила почти полный контроль над переработкой нефти в США. На рынке керосина компания заменила прежнюю систему распределения на свою собственную вертикальную систему, поставляя керосин грузовиками розничным покупателям, минуя сеть оптовиков. При этом улучшилось качество керосина и заметно снизилась его цена (за период существования «Стандард ойл» (1870–1911) розничная цена на керосин сократилась почти на 80 %).

Однако методы, которыми пользовалась «Стандард ойл» в борьбе со своими конкурентами (продажи по бросовым ценам, дифференциальное ценообразование и тайные транспортные скидки), вызывали законную критику журналистов и политиков.

Компании принадлежало 20 тысяч скважин в США, 6,4 тысяч км трубопроводов, 5 тысяч железнодорожных цистерн, на него работало свыше 100 тысяч человек. Его доля в мировой переработке нефти превысила 90 %, а к концу XIX века постепенно упала до 80 %.

В начале 1880-х годов Рокфеллер испробовал своё важное изобретение – он выпустил сертификаты на нефть, хранящуюся в принадлежащих ему трубопроводах, сертификаты, которые стали затем торговаться спекулянтами. Так появился первый нефтяной фьючерсный рынок, который обслуживала созданная на Манхэттене в конце 1882 года Национальная нефтяная биржа.

В те годы изобретение лампы накаливания стало постепенно подрывать господство керосина как основного источника освещения. Но «Стандард ойл» сумела адаптироваться, переключившись частично на поставки керосина в Европу, переработку природного газа и торговлю автомобильным бензином, прежде считавшимся бесполезным отходом нефтепереработки.

Однако в 1880 году в США был принят Антитрестовский закон Шермана. В 1911 году, когда трест Рокфеллера контролировал 70 % нефтепереработки и 14 % добычи нефти в США, Верховный суд США вынес решение о том, что само существование «Стандард ойл оф Нью-Джерси» противоречит положениям закона: трест, уличенный в незаконной монопольной деятельности, должен быть трансформирован в 34 новые компании. Так возникли «Континентл ойл», ставшая «Коноко» и затем частью «Коноко-Филлипс», «Стандард ойл оф Индиана» («Амоко», теперь часть «Бритиш Петролеум»), «Стандард ойл оф Калифорниа» («Шеврон»), «Стандард ойл оф Нью-Джерси» («Экссон», часть «Экссон-Мобил»), «Стандард ойл оф Нью-Йорк» («Мобил», часть «Экссон-Мобил») и «Стандард ойл оф Охайо» («Сохайо», часть «Бритиш Петролеум»).

Рокфеллер, который редко продавал свои акции, владел более 25 % активов «Стандард ойл» на момент её расчленения. Он, как и другие акционеры, получил пропорциональную долю в акциях каждой из новых компаний. Поэтому хотя контроль Рокфеллера над нефтяной промышленностью был несколько уменьшен, но десять лет спустя чистые активы новоиспеченных компаний выросли в пять раз, и личное состояние Джона Рокфеллера увеличилось с 200 миллионов в 1902 году до 900 миллионов долларов.

Ко времени его кончины в 1937 году оставшееся состояние Рокфеллера, в основном разошедшееся по семейным фондам, оценивалось в 1,4 миллиарда долларов при том, что весь валовый внутренний продукт (ВВП) США составлял 92 миллиарда.

Он был женат и имел пятерых детей, но последние 40 лет своей жизни Рокфеллер прожил в полном одиночестве. Скончался от атеросклероза в мае 1937 года – за два месяца до своего 98-летия и был похоронен на кливлендском кладбище «Лэйк-Вью».

[ZHAN]

Джон был единственным сыном среди пяти детей нефтепромышленника и основателя «Стандард ойл» Джона Д. Рокфеллера. Он окончил ориентированный на баптистов Браунский университет в 1897 году со степенью бакалавра и прошел там дюжину курсов по общественным наукам.


После получения образования Рокфеллер-младший пошел по стопам отца. В октябре 1897 года стал одним из директоров «Стандард ойл», а несколько позже – и директором компании «Ю. С. Стил», образованной в 1901 году. Однако после коррупционного скандала, в котором был замешан тогдашний глава «Стандард ойл», давший взятки двум конгрессменам, Рокфеллер-младший ушел с обоих постов в 1910 году, чтобы «очистить» свою текущую благотворительную деятельность от коммерческих и финансовых интересов. При этом ещё долгие годы он фактически контролировал компанию «Стандард ойл оф Индиана» («Амоко», теперь часть «Бритиш Петролеум»).

В период Великой депрессии Рокфеллер-младший разработал и в одиночку профинансировал строительство крупного комплекса из 14 зданий в самом центре Манхэттена (Рокфеллеровский Центр) и стал в результате одним из крупнейших владельцев недвижимости в Нью-Йорке.

Больше всего Рокфеллер-младший запомнился своей благотворительностью, на которую за свою жизнь он перечислил свыше 537 миллионов долларов. В 1938 году создал знаменитый благотворительный фонд «Силантик», а до того действовал Фонд Дэйвисона. В мае 1913 года он стал почетным президентом Фонда Рокфеллера, значительно расширив деятельность благотворительного института, созданного отцом.

Будучи активным интернационалистом, он финансово поддерживал программы Лиги Наций. В 1946 году он купил, а затем подарил ООН земельный участок на берегу Ист-Ривер в Манхэттене под строительство штаб-квартиры этой международной организации. Кроме того, он подарил предшественнице ООН, Лиге Наций, большую женевскую библиотеку, которая до сих пор используется для исследований ООН.

Он финансировал археологические раскопки и реставрационные работы в Египте, Греции, Италии, Китае, Японии и Англии и строительство Палестинского археологического музея в Восточном Иерусалиме.

[ZHAN]

Его отец капитан Лючич был морским офицером и судостроителем на далматинском острове Хвар у побережья Южной Хорватии. После свадьбы переехал с молодой женой Джоанной в столицу Далматии Сплит, где 8 сентября 1855 года родился сын Антуан.

После окончания Политехнического института в Граце (Австрия) Антуан стал мичманом австро-венгерских ВМС, где ему вскоре было присвоено звание младшего лейтенанта.

В 1879 году Лукас поехал к своему дяде в Сагино, штат Мичиган. Там он начал работать на лесопилке, улучшив конструкцию пилы, которая использовалась в то время. В 1883 году он начал работать в золотодобывающей, медной, серебряной и железной промышленности Колорадо, Калифорнии и Северной Каролины. В 1885 году стал гражданином США. В 1888 году переехал Вашингтон и стал работать инженером-механиком и горным инженером.

В 1893 году Лукас начал работать суперинтендантом соляной шахты в Новом Орлеане. Он разведал соль на острове Джефферсон для Джозефа Джефферсона и на острове Белл, где обнаружил взаимосвязь между залежами соли, серы, природного газа и залежами нефти. Он начал изучать скопления нефти вокруг соляных массивов и исследовал залегания нефти на прибрежной равнине.

В 1899 году Лукас вместе с Паттильо Хиггинсом посетил курган Кислого источника к югу от Бомонта, штат Техас. На его вершине выделялся сероводород, и Лукас решил, что тут может залегать либо сера, либо нефть, либо и то и другое.

Используя роторную буровую установку из Луизианы, Лукас начал бурить скважину в августе или сентябре 1899 года, достигнув глубины 76 м в декабре.

У него не было денег на дальнейшее бурение, и он искал их в разных местах, пока не нашёл компаньонов. Это позволило Лукасу начать бурить три скважины глубиной 370 м.

Когда достигли глубины 347 м, 10 января 1901 года произошло извержение грязи и воды, за которым последовал поток сырой нефти, достигший высоты 46 м. Извержение длилось девять дней, поток извергал от 70 000 до 100 000 баррелей в день, прежде чем его взяли под контроль.

В мае 1901 года Лукас продал свои акции в этой компании и продолжил поиски нефти в Соединенных Штатах и Мексике.

Итогом этого бурения стало то, что город Хьюстон стал национальным центром нефтяной промышленности, а Соединенные Штаты превзошли Россию как ведущего мирового производителя нефти.

Энтони Фрэнсис Лукас считается основоположником современной разработки нефтяных месторождений. Позже он работал инженером-консультантом в Румынии, России, Мексике, Алжире, США. Как успешный бизнесмен и эксперт в горнодобывающей промышленности Лукас всю жизнь был председателем Американского комитета по нефти и газу.

В память о капитане Лукасе в 1936 году Американский институт горной и металлургической инженерии учредил почетную медаль его имени «за выдающиеся достижения в области разведки и добычи нефти».

[ZHAN]

Сын Эммануила Нобеля, основателя династии. 11-летним приехал с родителями в Россию. Получил хорошее домашнее образование. Практическую выучку прошел на отцовском заводе. Свободно владел пятью языками: шведским, русским, английским, французским и немецким. С 1850 года работал в Петербурге на машиностроительном заводе отца.

После отъезда отца и всей семьи в Швецию Людвиг некоторое время по желанию кредиторов продолжал управлять заводом «Нобель и сыновья». 1 октября 1862 года купил механические мастерские Шервуда на Выборгской стороне, впоследствии ставшие машиностроительным заводом «Людвиг Нобель».

Помимо собственно предпринимательской деятельности, занимался инженерной и рационализаторской разработкой своего товара. Выпускал артиллерийские снаряды, пушки и лафеты, подводные мины и торпеды (был одним из крупнейших экспертов по этому типу снарядов), щиты для охраны пехоты от оружейных пуль, ружья, машины для обработки металла и производства пороха, винтовые сваи, реторты для обжигания угля, гидравлические прессы, токарно-сверлильные станки для чугунных пушек, паровые молоты, станки, механизмы, машины, огромные опреснители для снабжения войск водой, бездымные нефтяные топки, приспособления для прессования порохового состава в свинцовые трубки малого диаметра, локомобили, экипажные оси и скаты с колёсами, резиновые шины, впоследствии – первые в России дизели.

В начале 1880-х годов годов Людвиг совместно с братьями Робертом и Альфредом и рядом других пайщиков создал нефтяную компанию «Товарищество Братьев Нобель», которая за короткий срок стала одной из лучших в России и Европе по добыче, переработке и транспортировке нефтяных продуктов (занимались бакинской нефтью), а по продаже керосина вытеснила полностью с европейского рынка американскую фирму «Стандард Ойл».

По заказу Людвига Нобеля на нефтепромыслах в районе Баку инженер В. Г. Шухов построил первый российский нефтепровод.

В 1882 году Людвиг Нобель совместно с инженером Альфредом Тернквистом приспособил нефтяную форсунку для сжигания мазута. Форсунка использовалась при эксплуатации паровозов и пароходов, кроме того, «нобелевская горелка» применялась для обогрева домов, для пекарен и кухонных плит.

В 1886 году Людвиг Нобель стал инициатором и учредителем Русского технического общества, инициатором введения в России метрической системы мер, на создание эталонов которой он выделил необходимые деньги. Денежные средства он отпускал и для исследований Академии наук и Русского технического общества, финансировал школу железнодорожных мастеров и школу рабочих.

Людвиг Нобель умер в марте 1888 года на лечении в Каннах. Похоронен на Смоленском лютеранском кладбище в Санкт-Петербурге.

[ZHAN]

Отец Альфреда, Эммануил Нобель, был состоятельным и очень образованным человеком, успешным архитектором и механиком. Сына он в школу не отдал, обучение велось на дому. При этом Альфред Нобель знал шесть языков: шведский, французский, русский, английский, немецкий и итальянский.

С 1859 года Альфред Нобель занимался технологией изготовления взрывчатых веществ. В то время самым сильным из них был нитроглицерин, однако его использование было крайне опасным: вещество взрывалось при малейшем толчке или ударе. Нобель после многих экспериментов изобрёл состав взрывчатки, названный динамитом – смесь нитроглицерина с инертной субстанцией, снижавшей опасность его применения.

В 1867 году Нобель получил патент на динамит. Рекламируя своё открытие, он проводил публичные демонстрации нового взрывчатого вещества и читал лекции о том, как оно работает. В результате динамит был запатентован в США и Великобритании и широко использовался в горнодобывающей промышленности и строительстве транспортных сетей на международном уровне.

В 1875 году Нобель изобрёл гремучий студень, более стабильный и мощный, чем динамит, а в 1887 году запатентовал баллистит, предшественник кордита. Нобель также изобрёл и запатентовал детонаторы для подрыва заряда. Через несколько лет после своих изобретений учёный владел фабриками в 20 странах мира.

Динамит очень быстро стал востребован в горном деле, для выполнения масштабных земляных работ и в ряде других отраслей. Его производство принесло семье Нобелей значительное состояние.

За свою долгую и плодотворную жизнь Альфред Нобель стал обладателем 355 патентов на изобретения, причём далеко не все они касались взрывчатых веществ. Наиболее известными из его работ стали:

• серия из десяти капсюль-детонаторов, один из которых используется во взрывном деле по сей день под названием «детонатор № 8»;

• «гремучий студень» – студнеобразная смесь нитроглицерина с коллодием, превосходящая динамит по взрывной мощности, которая сегодня известна как промежуточное сырьё для изготовления более безопасных взрывчаток;

• баллистит – бездымный порох на основе нитроглицерина и нитроцеллюлозы, используемый сегодня в миномётных и орудийных снарядах, а также как ракетное топливо;

• нефтепровод как способ транспортировки сырой нефти с месторождения на переработку, удешевивший производство нефти в 7 раз;

• усовершенствованная газовая горелка для освещения и отопления;

• новая конструкция водомера и барометра;

• холодильный агрегат для бытового и промышленного использования;

• новый, более дешёвый и безопасный способ производства серной кислоты;

• велосипед с шинами из каучука;

• усовершенствованный паровой котёл.

В 1888 году Альфред Нобель прочитал во французской газете собственный некролог под названием «Торговец смертью мёртв», опубликованный по ошибке репортёров. Они перепутали его с братом Людвигом, скончавшимся в Каннах. Статья заставила Нобеля задуматься над тем, как его будет помнить человечество. После этого он решил изменить своё завещание.

[ZHAN]

«Всё моё движимое и недвижимое имущество должно быть обращено моими душеприказчиками в ликвидные ценности, а собранный таким образом капитал помещён в надёжный банк. Доходы от вложений должны принадлежать фонду, который будет ежегодно распределять их в виде премий тем, кто в течение предыдущего года принёс наибольшую пользу человечеству…

Указанные проценты необходимо разделить на пять равных частей, которые предназначаются: одна часть – тому, кто сделает наиболее важное открытие или изобретение в области физики; другая – тому, кто сделает наиболее важное открытие или усовершенствование в области химии; третья – тому, кто сделает наиболее важное открытие в области физиологии или медицины; четвёртая – тому, кто создаст наиболее выдающееся литературное произведение идеалистического направления; пятая – тому, кто внёс наиболее существенный вклад в сплочение наций, уничтожение рабства или снижение численности существующих армий и содействие проведению мирных конгрессов…

Моё особое желание заключается в том, чтобы при присуждении премий не принималась во внимание национальность кандидатов…».

Умер Нобель от кровоизлияния в мозг 10 декабря 1896 года на своей вилле в Сан-Ремо (Италия). Ежегодно в годовщину его смерти в Стокгольме проводится торжественная церемония вручения Нобелевских премий.

С 1969 года по инициативе Шведского банка присуждаются также премии памяти А. Нобеля по экономике, неофициально называемые «нобелевскими премиями по экономике».

[ZHAN]

Родился в Санкт-Петербурге в семье известного шведского и российского промышленника Людвига Нобеля. Среднее образование получил в столичном Училище святой Анны (Анненшуле). В 1882 году окончил Стокгольмский технологический институт. После смерти отца возглавил правление «Товарищества нефтяного производства братьев Нобель», которое под его руководством превратилось в лидера нефтяной промышленности России и вышло на мировой рынок, составив серьёзную конкуренцию американской компании «Стандарт Ойл». В 1889 году принял российское подданство. В 1896 году за заслуги в области промышленности был удостоен звания коммерции советника.


В начале XX века в Санкт-Петербурге Эммануил Нобель организовал первое в мире серийное производство дизельных двигателей.

В 1898 году «Товарищество братьев Нобель» приобрело чертежи 20-сильного дизеля. Чтобы двигатель работал на нефти, инженеры «товарищества» изменили многие детали двигателя, и в 1899 году был пущен в ход первый в мире двигатель Дизеля, работающий на нефти. Его мощность составляла 25 лошадиных сил, в час на такую силу требовалось примерно 250 г нефти.

В 1902 году Сормовский завод, что под Нижним Новгородом, принял заказ от «Товарищества братьев Нобель» на строительство трёх танкеров. Готовый корпус первого судна был отбуксирован в Санкт-Петербург, где на него были установлены модернизированные русскими инженерами двигатели Дизеля. Так в 1903 году на воду был спущен первый в мире теплоход «Вандал». На нем стояли 3 дизеля мощностью по 120 лошадиных сил. С ними в паре работали 3 электрогенератора, подававших ток на 3 электродвигателя, которые вращали гребные винты.

В 1904 году компания Нобеля разработала новый теплоход «Сармат», который должен был стать речным танкером. Он был снабжен двумя электрогенераторами и дизелями по 180 лошадиных сил каждый, однако электропередача предназначалась лишь для маневрирования и заднего хода, в остальное же время движение гребных валов осуществлялось с помощью дизелей. И «Вандал», и «Сармат» могли вмещать до 750 т груза каждый.

В 1909 году Эммануил Нобель указом императора Николая II «за исключительные пожертвования в пользу науки и народного образования» был удостоен чина действительного статского советника, дававшего право на потомственное дворянство. Эта высокая награда стала признанием его многолетней благотворительной деятельности.

С 1893 года он член-благотворитель Попечительства над воспитанниками, окончившими курс Ремесленного училища цесаревича Николая. С 1895 года – почетный член Петербургского дома призрения и ремесленного образования. С 1897 года – член Попечительства Александрийского приюта для женщин, учрежденного евангелическими приходами в Санкт-Петербурге. В 1907 году Эммануил Нобель стал председателем Скандинавского благотворительного общества. Он также внес значительные личные средства в строительство в Баку трёх храмов: Александро-Невского собора (1898), евангелическо-лютеранской церкви Спасителя (1899) и римско-католического костела Непорочного Зачатия Пресвятой Девы Марии (1915).

Пропагандируя здоровый образ жизни среди рабочих, Эммануил Нобель создал первый в Санкт-Петербурге Народный дом. В нём был зал на 600 мест, имелся буфет без спиртных напитков, работал литературный кружок, который вели известные педагоги и литераторы, а также вечерние курсы по иностранным языкам, бухгалтерии, математике и т. д.

Эммануил Нобель также финансировал работы в области предупреждения эпидемических заболеваний Института экспериментальной медицины в Санкт-Петербурге. С 1893 года по просьбе своего дяди Альфреда он взял на себя финансирование научных работ выдающегося русского физиолога Ивана Павлова. Только в первое время его пожертвования составили свыше 400 тысяч рублей золотом. В 1904 году Иван Павлов стал первым российским лауреатом Нобелевской премии в области медицины и физиологии.

В годы Первой мировой войны на средства семьи Нобель на Нюстадской улице в Петербурге был открыт лазарет для раненых нижних чинов на 180 коек. Для обучения раненых ремеслам здесь были созданы различные кустарные мастерские, были организованы курсы грамотности и счетоводства.

[ZHAN]

Родился в Глазго в семье известного красильщика и с 20 лет начал работать на химической фабрике, а в 1797 году открыл собственное производство, первую в Шотландии фабрику квасцов. Вместе с Чарльзом Теннантом изобрёл отбеливающее средство для тканей (хлорную известь). Также разработал процесс восстановления оксидов железа монооксидом углерода, более быстрый, чем известный в то время процесс получения стали.

Пытаясь найти применение продуктам перегонки угля, он использовал нафту, побочный продукт этой перегонки, в качестве растворителя каучука. Далее существуют две версии событий. По одной из версий это открытие он совершил случайно. Якобы в ходе эксперимента испачкал рукав пиджака раствором каучука, но забыл удалить пятно и через некоторое время заметил, что рукав пиджака не промокает. По второй версии Макинтош пытался найти применение продуктам перегонки угля и сознательно предложил склеивать одежду из кусков пропитанной этим составом ткани.

Однако в таком виде одежда была бы непригодной для носки, поскольку каучук был очень липким. Химик усовершенствовал метод изготовления водонепроницаемой ткани путём соединения двух слоев ткани с использованием раствора резины в керосине, после чего и запатентовал своё изобретение в 1823 году.

Макинтош основал в Глазго собственную компанию по производству изделий из непромокаемых тканей. Однако химик столкнулся с одной непреодолимой проблемой: все его товары обладали весьма неприятным запахом. Это обстоятельство не пугало только представителей армии и флота, которые с охотой закупали прорезиненные плащи Макинтоша, в то время как гражданское население не хотело носить такую одежду.

В общем, за десять лет бизнес не принёс Макинтошу желаемой прибыли. В 1831 году химик решает объединить своё производство с производством Томаса Хэнкока из Манчестера, который также занимался этой проблемой с 1819 года. Однако партнерам никак не удавалось справиться с ещё одной трудностью: при воздействии высоких температур (скажем, на жаре) прорезиненные изделия имели тенденцию плавиться.

В 1839 году Чарльз Гудиер открыл процесс вулканизации резины, в результате чего получил прочную и упругую резину, которая не плавилась и защищала от сырости. В 1841 году изобретение было запатентовано. Но поскольку сам процесс превращения каучука в резину держался в строжайшем секрете, боясь покупать кота в мешке, компания Макинтоша отказалась приобретать изобретение.

В 1842–1843 годах Томас Хэнкок, немного позже Чарльза Гудиера, открыл процесс вулканизации резины, что резко изменило будущее компании. Закупив ещё несколько изобретений, компания Макинтоша стала лидером на рынке продаж изделий из прорезиненной ткани. В скором времени макинтош как вид одежды приобрел необычайную популярность и среди гражданского населения.

[ZHAN]

Родился в городе Нью-Хэйвен (штат Коннектикут) в семье Амаса Гудиера. Он был самым старшим из шести детей. Его отец гордился тем, что являлся потомком Стефана Гудиера, одного из основателей колонии Нью-Хейвен в 1638 году.

В 1814 году Чарльз уехал в Филадельфию изучать скобяное дело. Он усердно работал, пока ему не исполнился 21 год, и затем, вернувшись в Коннектикут, стал партнёром отца по бизнесу. Они совместно производили не только костяные и металлические пуговицы, но и также разнообразные сельскохозяйственные инструменты.

Как-то Гудиер узнал о каучуке и очень тщательно изучал каждую газетную статью, имеющую отношение к этому новому материалу. В компании «Roxbury Rubber Company» в Бостоне некоторое время проводили эксперименты с каучуковой смолой и полагали, что они нашли способ производства товаров из неё. У них был большой завод, и они отправляли товары по всей стране. Некоторые товары этой фирмы как раз и привлекли внимание Гудиера.

Вскоре после этого он поехал в Нью-Йорк, где заинтересовался индивидуальными спасательными средствами. Его поразило то, что трубка, используемая для надувания, была не только неэффективной, но ещё и ненадёжной. Так что по возвращении в Филадельфию он сделал несколько трубок, отвёз их в Нью-Йорк и показал управляющему. Управляющий остался доволен тем мастерством, которое Гудиер проявил в производстве трубок. Он признался Гудиеру, что бизнес был на грани краха и что его изделие нужно тестировать в течение года, чтобы определить, пригодно оно или нет. К сожалению, товары на тысячи долларов, которые, как предполагалось, были хорошего качества, возвращались из-за того, что каучук портился, делая их непригодными. Гудиер тут же решил проэкспериментировать с каучуком собственного производства и посмотреть, сможет ли он решить проблемы, возникающие при производстве каучуковых изделий.

Первой вещью, которую он сделал, были туфли. Гудиер проводил дробление, каландрование и вулканизацию в собственном доме, при помощи жены и детей. Его соединение состояло из индийского каучука, сажи, магнезии. Смесь растворялась в скипидаре и наносилась на фланелевую ткань, которая служила прокладкой для обуви. Вскоре, однако, он обнаружил, что каучук, обработанный даже таким способом, оставался мягким. Его кредиторы, совершенно разочарованные, решили, что они больше не будут помогать ему проводить исследования.

Гудиер, однако, не собирался останавливаться в экспериментах. Распродав мебель и отправив семью в пансион, он отправился в Нью-Йорк и на чердаке вместе с другом-аптекарем продолжил эксперименты. Его следующим шагом было смешать каучук с магнезией и затем нагреть его до кипения в растворе негашеной извести. Казалось, это решило проблему. За границей сразу заметили, что ему удалось устранить липкость индийского каучука, – так он получил международное признание. Казалось, что перед ним открывается широкая дорога к успеху, пока однажды он не заметил, что капля слабой кислоты при попадании на ткань нейтрализовала щёлочь и тут же опять вызывала размягчение каучука. Это убедительно продемонстрировало Гудиеру, что его способ обработки каучука был не совсем удачным. И тогда он продолжил эксперименты. Сначала он готовил свои смеси на чердаке в Нью-Йорке, и затем шёл три мили на мельницу в Гринвич-Виллидж, чтобы проводить разные опыты.

Гудиер часто раскрашивал каучуковые образцы. Однажды, когда он пытался удалить бронзовую краску с помощью азотной кислоты, он обнаружил, что под воздействием азотной кислоты каучук становился таким же мягким и сухим, как ткань. Он получил много продуктов с ценными свойствами с помощью кислотной вулканизации.

Вместе со старинным партнёром по бизнесу он построил фабрику и начал производить одежду, средства индивидуальной защиты, резиновую обувь и огромное разнообразие резиновых товаров. У них также была ещё одна большая фабрика со специальным оборудованием, построенная на Статен-Айленд, куда он перевёз семью и где, наконец, у него появился собственный дом. Приблизительно в то время, когда всё казалось великолепным, наступил финансовый кризис 1837 года, который разорил бизнес Гудиера.

Гудиер встретил человека по имени Шаффи, который мог ему помочь материально. При этом Шаффи пришла идея, что бóльшая часть проблем, которые возникали при работе с индийским каучуком, возможно, были вызваны растворителем. Тогда он изобрёл огромную машину для размешивания механическим способом. Товары, приготовленные таким образом, красиво выглядели, и казалось, что все трудности уже позади.

Гудиер открыл новый метод для производства резиновой обуви и получил патент, который продал компании «Провиденс». Однако было обнаружено, что этот метод не позволяет перерабатывать каучук так, чтобы он противостоял высоким и низким температурам, сохраняя жёсткость.

Некоторые утверждают, что Гудиер проводил эксперимент со смесью каучука с серой на открытом пламени, в котором наблюдал то, что каучук не плавился, как обычно, а обугливался, и на краях обугленных областей были превосходно завулканизировавшиеся участки. Другой источник утверждает, что каучуковая смесь случайно попала на горячую плиту. Ключевым открытием было то, что при нагревании натурального каучука и серы получается вулканизированный каучук.

Теперь Гудиер был уверен, что у него все получится. Чтобы собрать капитал, он рассказал друзьям о своих планах, но те были уже наслышаны о его многочисленных провалах. На протяжении ряда лет он экспериментировал и работал в одиночку. Наконец он поехал в Нью-Йорк и показал некоторые из его образцов Вильяму Райдеру, который вместе со своим братом Эмори высоко оценил открытие и начал внедрять его в производство. Но даже тогда казалось, что злой рок преследовал Гудиера, поскольку братья Райдеры разорились, и было невозможно продолжать дело.

Однако он открыл маленькую фабрику в Спрингфилде (штат Массачусетс), и его шурин Де Форест, состоятельный шерстяной фабрикант, занял место Райдера. Работа по внедрению изобретения продолжалась. В 1844 году процесс был достаточно улучшен, чтобы Гудиер смог, не опасаясь, запатентовать его. Фабрикой в Спрингфилде управляли его братья Нельсон и Генри. В 1843 году Генри открыл ещё одну фабрику и в 1844 году ввёл механическое перемешивание смеси вместо использования растворителей.

В 1852 году Гудиер отправился в Европу, в поездку, которая была запланирована уже давно, где встретился с Томасом Хэнкоком, в то время работавшим в компании Чарльза Макинтоша. Хэнкок утверждал, что он независимо открыл процесс вулканизации, и получил британский патент. В 1855 году в последнем из трёх патентных споров с британским первооткрывателем резины, Стефаном Молтоном, было заявлено, что Хэнкок всего лишь скопировал Гудиера. Гудиер пришёл на экспериментальное испытание. Если бы Хэнкок проиграл, Гудиер получил бы свой собственный британский патент, позволяющий ему заявить о своих авторских правах. В 1842 году Хэнкок и Молтон исследовали процесс вулканизации, разработанный Гудиером, но несколько химиков свидетельствовали, что было невозможно определить, как именно была проведена вулканизация. Хэнкок выиграл.

[ZHAN]

Родился 16 (28) августа 1853 года в городке Грайворон Курской губернии в небогатой дворянской семье. Отец будущего изобретателя, Григорий Петрович, окончил юридический факультет Харьковского университета и уже в 29 лет был произведён в титулярные советники. Григорий Петрович сначала был городничим Грайвороне, но в 1860 году сумел по службе перевестись в Петербург. Детей оставили у бабушки.


С детства будущий инженер проявлял тягу к конструированию. Он сумел устроить возле дома фонтан, построил на ручье маленькую действующую водяную мельницу.

В 1863 году Владимир Шухов приехал в Петербург к родителям. Здесь он поступил в Пятую Санкт-Петербургскую гимназию, где проявились его способности к точным наукам, особенно к математике. В 13 лет, гимназистом четвёртого класса, он нашёл собственное оригинальное доказательство теоремы Пифагора.

Окончив гимназию в 1871 году, Шухов по совету отца поступил на инженерно-механическое отделение Императорского Московского технического училища (ныне – Московский государственный технический университет имени Н. Э. Баумана).

В последний год обучения студент Шухов зарегистрировал своё первое изобретение – паровую форсунку («прибор, производящий разбрызгивание мазута в топках, используя упругость водяных паров»). Такая форсунка стала впоследствии одной из «изюминок» паровых котлов «Конторы инженера Бари».

После окончания с отличием в 1876 году училища в составе научной делегации Шухов был направлен для ознакомления с достижениями промышленности в США – на Всемирную выставку. Вернувшись, он поступил на службу в управление Варшавско-Венской железной дороги на должность начальника чертёжного бюро, где проектировал паровозные депо, и одновременно стал вольнослушателем Военно-медицинской академии.

Летом 1877 года А. В. Бари пригласил Шухова в Баку, где тогда начиналось бурное развитие нефтяного дела. Здесь по заказу братьев Нобель Шухов и Бари построили первый в Российской империи нефтепровод, соединявший Балаханы и Чёрный город (заводской район Баку), где тогда перегоняли нефть. Нефтепровод протяжённостью 10 километров был введён в эксплуатацию в декабре 1878 года. Нефтепровод позволял перекачивать при помощи парового насоса по трёхдюймовой трубе до 1280 тонн. Здесь же Шухов разработал и построил первые в мире цилиндрические резервуары-нефтехранилища.

Вслед за первым нефтепроводом по заказу Г. М. Лианозова Шухов и Бари строят следующий – длиной уже 11 вёрст (около 12 километров).

Работая на нефтяных промыслах в Баку, В. Г. Шухов разработал основы подъёма и перекачки нефтепродуктов, предложил метод подъёма нефти с помощью сжатого воздуха – эрлифт, разработал методику расчёта и технологию строительства цилиндрических стальных резервуаров для нефтехранилищ.

В 1880 году Бари создал свою фирму «Техническая контора инженера А. В. Бари» (позже «Строительная контора инженера А. В. Бари»), куда пригласил Шухова на должность главного конструктора и главного инженера.

Уже через полгода Шухов изобрёл форсунку, с помощью которой впервые в мире осуществил промышленное факельное сжигание мазута. Основы классической теории нефтепроводов, используемой и поныне, Шухов изложил в 1884 году в статье «Нефтепроводы».

Шухов примерно с 1885 года начал строить на Волге первые русские речные танкеры-баржи. Монтаж осуществлялся точно запланированными этапами с использованием стандартизированных секций на верфях в Царицыне и Саратове.

В. Г. Шухов и его помощник С. П. Гаврилов разработали промышленный процесс получения автомобильного бензина – непрерывно действующую трубчатую установку термического крекинга нефти (патент Российской империи № 12926 от 27 ноября 1891 года). Установка состояла из печи с трубчатыми змеевиковыми нагревателями, испарителя и ректификационных колонн.

В 1896 году Шухов изобрёл новый водотрубный паровой котёл в горизонтальном и вертикальном исполнении (патенты Российской империи № 15 434 и № 15 435 от 27 июня 1896 года). В 1900 году на Всемирной выставке в Париже за них Шухов получил золотую медаль. Котлы Бельвиля – Шухова были установлены на броненосцах «Князь Потемкин-Таврический», «Евстафий» и «Иоанн Златоуст».

В. Г. Шухов является изобретателем первых в мире гиперболоидных конструкций и металлических сетчатых оболочек строительных конструкций (патенты Российской империи № 1894, 1895, 1896). Для Всероссийской промышленной и художественной выставки 1896 года в Нижнем Новгороде В. Г. Шухов построил восемь павильонов с первыми в мире перекрытиями в виде сетчатых оболочек, первое в мире перекрытие в виде стальной мембраны (Ротонда Шухова) и первую в мире гиперболоидную башню удивительной красоты, которая была куплена после выставки меценатом Ю. С. Нечаевым-Мальцовым и перенесена в его имение Полибино (ныне – в Липецкой области; сохранилась до настоящего времени). Оболочка гиперболоида вращения стала совершенно новой, никогда ранее не применявшейся в архитектуре, формой.

После Нижегородской выставки 1896 года В. Г. Шухов разработал многочисленные конструкции разнообразных сетчатых стальных оболочек и использовал их в сотнях сооружений: перекрытиях общественных зданий и промышленных объектов, водонапорных башнях, морских маяках, мачтах военных кораблей и опорах линий электропередач. 70-метровый сетчатый стальной Аджигольский маяк под Херсоном – самая высокая односекционная гиперболоидная конструкция В. Г. Шухова. Радиобашня на Шаболовке в Москве стала самой высокой из многосекционных шуховских башен (160 метров).

Шухов изобрёл также арочные конструкции покрытий с тросовыми затяжками. До нашего времени сохранились арочные стеклянные своды покрытий В. Г. Шухова над Фирсановским (Петровским) пассажем.

В конце XIX века Шухов вместе со своими сотрудниками составил проект новой системы водоснабжения Москвы.

В 1897 году Шухов построил для металлургического завода в Выксе цех с пространственно изогнутыми сетчатыми парусообразными стальными оболочками перекрытий двоякой кривизны. Этот цех сохранился на Выксунском металлургическом заводе до наших дней. Это первое в мире сводообразное выпуклое перекрытие-оболочка двоякой кривизны.

С 1896 по 1930 год по проектам В. Г. Шухова было построено свыше 200 стальных сетчатых гиперболоидных башен. До наших дней сохранились не более 20.

В. Г. Шухов изобрёл новые конструкции пространственных плоских ферм и использовал их при проектировании покрытий Музея изящных искусств (ГМИИ им. Пушкина), Московского главного почтамта, Бахметьевского гаража и других многочисленных построек.

В 1912–1917 годах В. Г. Шухов спроектировал перекрытия залов и дебаркадер Киевского вокзала (бывшего Брянского) в Москве и руководил их возведением (ширина пролёта – 48 м, высота – 30 м, длина – 230 м).

Во время Первой мировой войны В. Г. Шухов изобрёл несколько конструкций морских мин и платформ тяжёлых артиллерийских систем, проектировал батопорты морских доков.

С 1924 по 1927 год Щухов был председателем Комитета Госплана по нефтепроводам. В 1927 году избран членом ВЦИК. В 1928 году Владимир Григорьевич был избран членом-корреспондентом АН СССР, а в 1929 году – её почетным членом. В 1928 году избран членом Московского городского совета.

В. Г. Шухов – автор проектов первых российских магистральных трубопроводов: Баку – Батум длиной 883 км (1907 год), Грозный – Туапсе длиной 618 км (1928 год).

Сооружение в 1919–1922 годах башни для радиостанции на Шаболовке в Москве стало самой известной работой В. Г. Шухова. Башня представляет собой телескопическую конструкцию высотой 160 метров, состоящую из шести сетчатых гиперболоидных стальных секций.

При строительстве радиобашни случилась авария, при подъёме четвёртой секции третья сломалась. Четвёртая упала и повредила вторую и первую. Хотя комиссия экспертов установила, что «проект безупречен – виной всему „усталость металла“ низкого качества», В. Г. Шухов был арестован, но через некоторое время освобождён. 19 марта 1922 года началась трансляция радиопередач, и В. Г. Шухов был помилован, дело прекращено.

Регулярные трансляции советского телевидения через передатчики Шуховской башни начались 10 марта 1939 года.

Сейчас Шуховская башня признана международными экспертами одним из высших достижений инженерного искусства. Международная научная конференция «Heritage at Risk. Сохранение архитектуры XX века и Всемирное наследие», прошедшая в апреле 2006 года в Москве с участием более 160 специалистов из 30 стран мира, в своей декларации назвала Шуховскую башню в числе семи архитектурных шедевров русского авангарда, рекомендованных к включению в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.

В 1927–1929 годах В. Г. Шухов, принимая участие в реализации плана ГОЭЛРО, превзошёл свою раннюю башенную конструкцию, построив три пары сетчатых многоярусных гиперболоидных опор перехода через реку Оку ЛЭП НиГРЭС в районе города Дзержинска под Нижним Новгородом. Их высота была 20, 69 и 129 метров соответственно, длина перехода – 1800 метров.

Последним крупным достижением В. Г. Шухова в области строительной техники стала работа по восстановлению после землетрясения древнего медресе Улугбека в Самарканде в 1932 году. Совместно с архитектором М. Ф. Мауэром Шухов выпрямил «падающий» восточный минарет.

В возрасте 79 лет Шухов стал свидетелем осуществления разработанного им ещё в молодости проекта полной переработки нефти. В его присутствии в Баку в 1932 году был пущен в эксплуатацию завод «Советский крекинг». В первые недели его работы Шухов сам следил за ходом производства.

[ZHAN]

Когда Генри Форду было 13 лет, его отец подарил ему карманные часы, которые молодой парень быстро разобрал и собрал. На друзей и соседей это произвело впечатление, и его просили, чтобы он чинил и их часы.

Неудовлетворенный работой на ферме, Форд ушел из дома в 16 лет, чтобы пройти курс обучения в качестве машиниста в судостроительной фирме в Детройте. В последующие годы он научился искусно эксплуатировать и обслуживать паровые двигатели, а также изучал бухгалтерию.

В 1892 году Форд построил свой первый квадроцикл, который имел двухцилиндровый бензиновый двигатель мощностью четыре лошадиных силы. Конструкция представляла собой небольшую платформу с сидением, бензиновым двигателем и четырьмя велосипедными колёсами. При этом изобретатель посчитал, что она слишком сложна для массового производства. Генри Форд изготовил всего три такие повозки, однако именно во время работы над этим изделием были получены знания и навыки, необходимые для будущего триумфа.

В 1898 году Форд получил свой первый патент на карбюратор.

В 1903 году после нескольких испытаний автомобилей и компаний Генри Форд основал «Форд Мотор Компани».

Генри Форд как производитель автомобилей создал модель T в 1908 году и продолжил разработку режима сборочной линии, производство, которое произвело революцию в отрасли. В 1913 году он запустил первую движущуюся сборочную линию для серийного производства автомобиля. Эта новая техника сократила время, затрачиваемое на создание автомобиля, с 12 часов до 2,5, что, в свою очередь, снизило стоимость модели Т с 850 долларов в 1908 году до 310 долларов в 1926 году для значительно улучшенной модели.

Под его руководством был создан первый в мире конвейер – с него сходили машины, доступные даже не очень состоятельным американцам. «Ford Model T» в конечном итоге разошёлся тиражом 16,5 миллионов штук и до сих пор занимает восьмое место в рейтинге самых продаваемых автомобилей в истории.

Форд был пацифистом, но весной 1917 года, когда Америка вступила в войну на стороне Антанты, изменил свои взгляды. Заводы Форда стали выполнять военные заказы. Помимо автомобилей развернулось производство противогазов, касок, цилиндров для авиамоторов «Либерти», а в самом конце войны – лёгких танков и даже подводных лодок. При этом Форд заявил, что не собирается наживаться на военных заказах и возвратит государству полученную им прибыль.

В 1925 году Форд создал собственную авиакомпанию, позже названную «Форд Эарвейз». Кроме этого Форд начал субсидировать фирму Уильяма Стоута, а в августе 1925 года купил её и сам занялся производством авиалайнеров. Первым продуктом его предприятия стал трёхмоторный «Ford 3-AT Air Pullman». Наиболее успешной оказалась модель «Форд Тримотор» по прозвищу «Жестяной гусь», пассажирский самолёт, цельнометаллический трёхмоторный моноплан, производившийся серийно в 1927–1933 годах. Всего было выпущено 199 экземпляров, причем модель находилась в эксплуатации до 1989 года.

В 1928 году Форду была вручена медаль Эллиота Крессона Института Бенджамина Франклина за революционные достижения в автомобильной промышленности и индустриальное лидерство.

Компания Форда успешно сотрудничала с СССР. Первый серийный советский трактор, «Фордзон-Путиловец» (1923 г.), – это переработанный для производства на Путиловском заводе и эксплуатации в СССР фордовский трактор марки «Фордзон» (Fordson). Компания приняла участие в строительстве Горьковского автозавода (1929–1932 гг.), реконструкции Московского завода АМО в годы первой пятилетки; подготовка персонала для обоих заводов была осуществлена при поддержке специалистов «Форд моторс» на основании соглашения заключенного между Правительством СССР и фирмой Форда.

Книга Форда «Моя жизнь, мои достижения» является классическим произведением по научной организации труда. В 1924 году книга «Моя жизнь, мои достижения» была издана в СССР.

[ZHAN]

Свою деятельность начал в 1897 году в качестве переплётчика, затем занимался дизайном фурнитуры для мебели.

Бенедиктус широко известен изобретением небьющегося стекла. В 1903 году, нечаянно уронив колбу, он обратил внимание, что стекло треснуло, но не разлетелось на части. Колба была заполнена нитратом целлюлозы или жидким пластиком, который испарился и оставил тонкую, но прочную плёнку внутри. Поняв, в чём дело, Эдуард стал проводить последующие опыты. В итоге это событие привело химика к получению первого патента на безопасное стекло, которое чаще всего используется для лобовых стёкол транспортных средств. Патент на защитное стекло Бенедиктус получил в 1909 году.

Этот продукт оказался незаменимым для автопромышленников – раньше лобовые стекла были обычными и при малейшем столкновении разлетались на острые осколки, которые ранили водителей, иногда смертельно. Стекло Бенедиктуса решало эту проблему.

В 1911 году он создал предприятие, которое изготавливало по его патенту первые лобовые стёкла («триплекс») для автомобилей, чтобы уменьшить количество жертв автомобильных аварий. Для этой цели использовался лист целлулоида, скреплённый между двумя стёклами. Производство такого стекла было медленным и кропотливым, что делало его достаточно дорогим, поэтому автомагнаты поначалу от него отказывались. В 1919 году Генри Форд решил, что безопасность – лучшая реклама для машины, и начал использовать новые стекла, а через пару лет подтянулись и другие автопромышленники – и сейчас без таких стёкол автомобили представить невозможно.

Следует также особо отметить – со времён Первой мировой войны триплекс оберегает зрение солдат – он применяется в качестве стёкол для противогазов.

Также Бенедиктус занимался музыкой, был знаком с французскими композиторами Морисом Равелем и Морисом Делажем.

[ZHAN]

Получил степень бакалавра наук в колледже Хобарта по химии, а затем степень магистра наук и доктора философии по органической химии в Корнельском университете. Его диссертация была посвящена коммерческому синтезу витамина B6. Потом Кувер работал химиком в компании «Истман Кодак» с 1944 по 1973 год и вице-президентом по исследованиям и разработкам компании с 1973 по 1984 год. В 1951 году Кувер переехал на химический завод компании в Кингспорте, штат Теннесси.


Он разрабатывал пластиковые линзы для прицелов, когда наткнулся на синтетический клей из цианоакрилата. Тогда он счел его слишком липким, чтобы быть полезным. Однако позже открытие было сделано заново.

В 1951 году (девять лет спустя) Кувер и его команда в «Истман Кодак» снова исследовали цианоакрилаты. Кувер руководил химиками, исследующими термостойкие полимеры для козырьков реактивных двигателей, когда цианоакрилаты были снова испытаны и оказались слишком липкими. Когда химик из группы сообщил Куверу, что он навсегда повредил дорогой рефрактометр, склеив его, Кувер понял, что открыл уникальный клей.

Как правило, цианоакрилат представляет собой акриловую смолу, которая быстро полимеризуется в присутствии воды (в частности, гидроксид-ионов), образуя длинные прочные цепи, соединяющие поверхности вместе. Поскольку присутствие влаги вызывает затвердевание клея, воздействие влаги из воздуха может со временем привести к тому, что тюбик или флакон с клеем станет непригодным для использования. Чтобы открытая тара с клеем не схватилась перед использованием, его необходимо хранить в герметичной банке или флаконе с упаковкой силикагеля. Ещё один удобный способ – прикрепить иглу для подкожных инъекций к отверстию для клея. После нанесения остатки клея вскоре забивают иглу, удерживая влагу. Это можно устранить нагреванием иглы (например, зажигалкой) перед использованием.

В то время много внимания уделялось способности клея связывать твердые материалы. Кувер также был первым, кто распознал и запатентовал цианоакрилаты в качестве тканевого клея после того, как его старший сын разрезал палец во время изготовления модели и склеил разрез с помощью клея, который у него был (ранний рецепт суперклея).

Суперклей впервые был использован во время войны во Вьетнаме в виде спрея в качестве кровоостанавливающего средства для временного наложения на внутренние органы раненых солдат до тех пор, пока не будет проведена обычная операция. В настоящее время тканевые клеи используются во всем мире для различных хирургических операций без наложения швов как людям, так и животным.

Кувер много раз говорил, что больше всего гордится применением цианоакрилатов в медицине, что они спасли множество жизней и будут продолжать делать это.

В 1958 году в продажу поступил клей, продаваемый компанией «Кодак» как «Eastman 910», а затем как «Super Glue», то есть «суперклей».

Кувер получил 460 патентов, и суперклей был лишь одним из его многочисленных открытий.

Он считал «запрограммированные инновации», методологию управления с упором на исследования и разработки, одной из своих наиболее важных работ. Запрограммированные инновации, реализованные в компании Kodak, привели к внедрению 320 новых продуктов и росту продаж с 1,8 до 2,5 млрд долларов. Позже Кувер сформировал международную консультационную фирму по вопросам управления, консультируя корпоративных клиентов по всему миру по методологии программных инноваций.

Использован материал: Петр Бакинский. История нефти. «Чёрное золото» – универсальный продукт. Центрполиграф. 2022